Постановление пленума вс 10 компенсация морального вреда

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 26 октября 2016 г. N 6-ПВ16 Состоявшееся определение судебной коллегии по делу о компенсации морального вреда подлежит отмене, а дело — направлению на новое кассационное рассмотрение, поскольку в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом вне зависимости от ее размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

Председательствующего — Серкова П.П.,

членов Президиума — Давыдова В.А., Нечаева В.И., Рудакова С.В., Свириденко О.М., Тимошина Н.В., Харламова А.С., Хомчика В.В.,

при секретаре Кепель С.В.,

рассмотрел в судебном заседании гражданское дело по надзорной жалобе Абакумова A.М. на определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2016 г. по делу по иску Абакумова A.M. к акционерному обществу «Сибирский Антрацит» о компенсации морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием, и по встречному требованию акционерного общества «Сибирский Антрацит» к Абакумову A.М. о взыскании судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Асташова С.В., выслушав объяснения представителя Абакумова А.М. — Харламова А.С., выступающего по доверенности и поддержавшего доводы надзорной жалобы, представителей акционерного общества «Сибирский Антрацит» — Мацевича В.А., Филипенко Д.С., выступающих по доверенностям и возражавших против удовлетворения жалобы, заключение заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Гуцана А.В., полагавшего, что надзорная жалоба подлежит удовлетворению, Президиум Верховного Суда Российской Федерации установил:

Абакумов А.М. обратился в суд с иском к акционерному обществу «Сибирский Антрацит» (далее — АО «Сибирский Антрацит») о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 1 000 000 руб., а также взыскании судебных расходов.

В обоснование требований Абакумов А.М. указал, что в 2010 г., в период работы на предприятии ответчика в должности помощника машиниста экскаватора 4 разряда, у него было установлено профессиональное заболевание. В связи с указанным заболеванием он испытывает физические и нравственные страдания, вынужден постоянно обращаться за медицинской помощью, частично утратил трудоспособность, ему противопоказан труд в условиях вибрации, статико-динамического и физического напряжения, неблагополучного микроклимата.

Ответчик против иска возражал, ссылаясь на произведённую им выплату компенсации морального вреда в соответствии с условиями отраслевого соглашения и коллективного договора в размере 57 554 руб. 64 коп. Кроме того, ответчик просил взыскать с Абакумова А.М. судебные расходы на проведение судебно-медицинской экспертизы в размере 56 000 руб.

Решением Искитимского районного суда Новосибирской области от 14 октября 2014 г. исковые требования Абакумова А.М. удовлетворены частично, с АО «Сибирский Антрацит» взыскана компенсация морального вреда в размере 340 000 руб. и судебные расходы в размере 10 700 руб. В удовлетворении требования АО «Сибирский Антрацит» отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 10 февраля 2015 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2016 г. по кассационной жалобе АО «Сибирский Антрацит» указанные судебные постановления отменены в части удовлетворения исковых требований Абакумова А.М., в данной части по делу принято новое решение об отказе в удовлетворении иска.

В надзорной жалобе Абакумов А.М. просит отменить определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2016 г., ссылаясь на то, что оно нарушает гарантированное ему Конституцией Российской Федерации право на справедливое и соразмерное возмещение морального вреда, причинённого повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также право на судебную защиту. Заявитель также указывает, что постановление суда кассационной инстанции нарушает единообразие в толковании и применении судами норм Трудового кодекса Российской Федерации.

Определением Председателя Верховного Суда Российской Федерации Лебедева В.М. от 28 сентября 2016 г. надзорная жалоба Абакумова А.М. с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев надзорную жалобу и возражения на нее, находит определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2016 г. подлежащим отмене с направлением дела на новое кассационное рассмотрение.

В соответствии с пунктом 3 статьи 391.9 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные постановления подлежат отмене или изменению, если при рассмотрении дела в порядке надзора Президиум Верховного Суда Российской Федерации установит, что соответствующее обжалуемое судебное постановление нарушает единообразие в толковании и применении норм права.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что при рассмотрении настоящего дела в кассационном порядке Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации допущены такие нарушения.

Удовлетворяя частично исковые требования Абакумова А.М. о взыскании компенсации морального вреда, суд установил факт получения истцом профессионального заболевания, в том числе вследствие вредных для здоровья условий труда во время его работы помощником экскаваторщика на предприятии ответчика.

Вины самого Абакумова А.М. в получении данного заболевания не установлено.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что факт причинения истцу морального вреда вследствие необеспечения ответчиком здоровых и безопасных условий труда установлен.

При определении размера компенсации морального вреда суд учел степень вины ответчика, долю воздействия вредных производственных факторов на предприятии ответчика в общем стаже работы истца в неблагоприятных условиях, степень физических и нравственных страданий истца и, указав на принцип разумности и справедливости, определил размер компенсации в 340 000 руб.

При этом суд не зачел в счет компенсации морального вреда денежную сумму в 57 554 руб. 64 коп., выплаченную ответчиком до обращения истца в суд.

Истолковав положения Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2010-2012 годы и коллективного договора, заключенного между ответчиком и его работниками, суд пришел к выводу о том, что данная денежная сумма является не компенсацией морального вреда, а единовременным пособием, установленным названным отраслевым соглашением и коллективным договором в качестве дополнительной гарантии прав работника.

При рассмотрении настоящего дела в кассационном порядке Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не поставлены под сомнение выводы судов первой и апелляционной инстанций об установлении обстоятельств дела, в том числе о факте причинения истцу морального вреда вследствие профессионального заболевания, вызванного необеспечением работодателем безопасных условий труда. Не поставлен судом кассационной инстанции под сомнение и размер компенсации морального вреда, определенный судами первой и апелляционной инстанций, включая порядок и принципы его определения, а также обстоятельства, учтенные судом при определении размера справедливой и разумной компенсации.

В качестве оснований для отмены вступивших в законную силу судебных постановлений Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации указано на выход суда за пределы исковых требований, на неправильное толкование судами первой и апелляционной инстанций положений Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2010-2012 годы и коллективного договора, а также на то, что конкретный размер компенсации морального вреда в данном случае правомерно установлен отраслевым соглашением и коллективным договором, предусмотренная этими актами сумма компенсации истцу выплачена, в связи с чем суд не вправе был удовлетворять последующее требование истца о взыскании компенсации морального вреда.

При обосновании вывода о выходе суда за пределы исковых требований Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации указала на то, что Абакумов А.М. в исковом заявлении не ссылался на положения статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, однако суды первой и апелляционной инстанций применили данную норму права при разрешении спора.

Такая позиция суда кассационной инстанции существенно нарушает единообразие в толковании и применении судами норм процессуального права.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении» разъяснено, что согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям. Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами. Заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 названного кодекса.

Таким образом, рассмотрение дела в пределах заявленных требований означает присуждение истцу не более того, о чем он просит, и по тем основаниям (фактическим обстоятельствам), которые приведены истцом в обоснование иска, и обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с требованиями части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Определение нормы права, подлежащей применению к спорным правоотношениям, является юридической квалификацией. Наличие или отсутствие в исковом заявлении указания на конкретную норму права, подлежащую применению, само по себе не определяет основание иска, равно как и применение судом нормы права, не названной в исковом заявлении, само по себе не является выходом за пределы заявленных требований.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора. По смыслу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Смотрите еще:  Земельный налог законодательство

Исходя из смысла приведенного разъяснения отсутствие в исковом заявлении ссылки на норму материального права, подлежащую применению в данном деле, само по себе также не является основанием для отказа в иске и препятствием для суда в применении этой нормы.

Процессуальное законодательство (статья 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) не требует от истца, в том числе и от работника, предъявляющего иск к работодателю, точного и исчерпывающего указания в исковом заявлении норм материального права, а равно не ограничивает суд в применении тех норм, которые регулируют спорные правоотношения, но не приведены в исковом заявлении.

Как следует из судебных постановлений и материалов дела, истцом заявлены требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие получения им профессионального заболевания при работе на предприятии ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда.

Решение суда принято в пределах заявленных требований и по изложенным истцом основаниям.

При обращении в суд с иском истец сослался на положения статьи 151 («Компенсация морального вреда») Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 212 («Обязанности работодателя по обеспечению безопасных условий и охраны труда») и 219 («Право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда») Трудового кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах применение судом положений статьи 237 («Возмещение морального вреда, причиненного работнику») Трудового кодекса Российской Федерации само по себе выходом за пределы исковых требований не является.

Кроме того, Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении настоящего дела нарушено единообразие в толковании и применении судами норм материального права.

Как установлено судом и следует из материалов дела, пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2010-2012 годы, к которому присоединился ответчик, предусмотрено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговорённом в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.

Согласно пункту 9.11 коллективного договора, заключенного между ЗАО «Сибирский Антрацит» и его работниками, в случае утраты работником, занятым в организации по добыче и переработке угля, профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания организация выплачивает единовременное пособие из расчета 20% среднемесячного заработка за последний год работы за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности за вычетом суммы единовременного пособия, выплаченного в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в счет уплаты страховых взносов страховщику.

Удовлетворяя иск Абакумова А.М. частично, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что выплаченная истцу в соответствии с приведенными положениями отраслевого соглашения и коллективного договора сумма является не компенсацией морального вреда, а иным единовременным пособием. При этом размер разумной и справедливой компенсации морального вреда определен судом в 340 000 руб.

Отменяя судебные постановления и принимая новое решение об отказе в иске, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, не поставив под сомнение соразмерность, разумность и справедливость определенной судом компенсации морального вреда, указала на то, что денежная сумма в размере 57 554 руб. 64 коп., выплаченная работодателем в соответствии с отраслевым соглашением и коллективным договором, является компенсацией морального вреда.

При этом суд кассационной инстанции указал, что поскольку предусмотренная отраслевым соглашением и коллективным договором компенсация морального вреда истцу выплачена, то последующее исковое требование о взыскании компенсации морального вреда является повторным и удовлетворению не подлежит.

По смыслу обжалуемого определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, работник в случае получения трудового увечья или профессионального заболевания не вправе требовать, а суд не вправе взыскивать компенсацию морального вреда в размере, большем, чем это установлено отраслевым соглашением или коллективным договором.

Такой вывод суда кассационной инстанции является ошибочным и нарушает как единообразие в толковании и применении судами норм права, так и права работника, получившего увечье или профессиональное заболевание.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьёй 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Изложенная в обжалуемом кассационном определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации правовая позиция о том, что работник не вправе требовать, а суд не вправе взыскивать компенсацию морального вреда в размере, большем, чем это установлено отраслевым соглашением или коллективным договором, противоречит приведенным нормам материального права и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Поскольку ошибочные выводы Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации о выходе суда за пределы заявленных требований и о том, что суд не вправе взыскивать компенсацию морального вреда в размере, большем, чем это определено в отраслевом соглашении и коллективном договоре, привели к неправильному разрешению дела судом кассационной инстанции, Президиум Верховного Суда Российской Федерации находит, что определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2016 г. подлежит отмене с направлением дела на новое кассационное рассмотрение.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 391.9, 391.10, пунктом 2 части 1 статьи 391.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Верховного Суда Российской Федерации постановил:

определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2016 г. отменить, направить дело на новое кассационное рассмотрение в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Обзор документа

Размер и порядок выплаты компенсации морального вреда, причиненного профзаболеванием, могут устанавливаться коллективным договором и отраслевым соглашением.

В таком случае при наличии оснований работодатель обязан выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в размере, предусмотренном указанными договором и соглашением.

Однако подобные положения не означают, что в случае спора работник не вправе требовать, а суд не может взыскивать компенсацию морального вреда в размере большем, чем это установлено отраслевым соглашением или коллективным договором.

Иной подход нарушает как единообразие в толковании норм права, так и права работника, получившего увечье или профзаболевание.

Кроме того, процессуальное законодательство не требует от истца, в т. ч. от сотрудника, предъявляющего иск к работодателю, точно и исчерпывающе указывать в исковом заявлении нормы материального права, а равно не ограничивает суд в применении тех положений, которые регулируют спорные правоотношения, но не приведены в подобном заявлении.

Такую позицию озвучил Президиум ВС РФ.

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ:

Постановление пленума вс 10 компенсация морального вреда

Ключевые слова: КОМПЕНСАЦИЯ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА; ЗАЩИТА ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ; РАЗМЕР КОМПЕНСАЦИИ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА; СПОСОБ ЗАЩИТЫ; COMPENSATION OF MORAL HARM; PROTECTION OF RIGHTS OF CONSUMERS; THE AMOUNT OF COMPENSATION OF MORAL HARM; PROTECTION METHOD.

Гражданский кодекс Российской Федерации [1] (далее – ГК РФ) относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав, перечисленным в статье 12. Более подробно содержание данного способа защиты описывает статья 151 ГК РФ. Буквально, моральный вред определяется как физические или нравственные страдания, причиненные действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага.

Смотрите еще:  Приказ о времени отдыха образец

Более детальное определение дает Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» [2], в котором под моральным вредом понимаются «нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина».

Стоит отметить, что норма статьи 151 ГК РФ о компенсации морального вреда содержит отсылку, согласно которой рассматриваемый способ защиты гражданских прав применяется и «в других случаях, предусмотренных законом».

Так, Закон РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» [3] (далее – Закон) в статье 15 определяет, что «моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины».

Пункт 2 статьи 1099 ГК РФ [4] гласит, что моральный вред в отношении нарушенных имущественных прав граждан подлежит компенсации только в случаях, предусмотренных законом. Введение в Закон «О защите прав потребителей» данного способа защиты гражданских прав обусловлено тем, что изначально в данной сфере гражданских правоотношений потребитель является более уязвимой стороной и нуждается в дополнительных способах защиты.

При этом из положений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» [5] следует, что достаточным условием для удовлетворения иска по вопросу о компенсации морального вреда потребителю является установленный факт нарушения прав потребителя. Тем самым можно говорить об установлении презумпции вины нарушителя прав потребителя. С одной стороны, это позволяет облегчить применение данного способа защиты гражданских прав (потребителю достаточно доказать лишь факт причинения ему вреда вследствие нарушения законодательства о защите прав потребителей); но с другой стороны презюмирование вины нарушителя дает возможность злоупотребления потребителем предоставленным ему правом.

По смыслу законодательства компенсация морального вреда в сфере защиты прав потребителей осуществляется независимо от возмещения понесенных потребителем убытков и возмещения имущественного вреда, а размер такой компенсации определяется судом в каждом конкретном случае исходя из характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий, основываясь на принципах разумности и справедливости. Также суд должен учитывать степень вины причинителя вреда (поскольку в рассматриваемой сфере вина является основанием причинения вреда), а также фактические обстоятельства дела и индивидуальные особенности личности потребителя — потерпевшего. Минимальный и максимальный размер компенсации морального вреда законодателем не установлен.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Так как при определении размера компенсации морального вреда суд должен исходить из принципов разумности и справедливости, потребитель должен иметь в виду, что факт причинения морального вреда, а также его степень должны быть обоснованно доказаны. Как показывает практика, потребители в исковых требованиях часто указывают необоснованно высокий размер компенсации морального вреда. При этом суды, в свою очередь, либо отказывают в удовлетворении таких требований, либо снижают размер компенсации.

Так же стоит отметить, что вопрос об определении размера компенсации морального вреда судом остается проблемным, так как данная категория в значительной степени подвержена субъективному восприятию.

Компенсация морального вреда является мерой юридической ответственности, в связи с чем, по нашему мнению, ее размер для сходных случаев должен носить определенный предсказуемый характер, поэтому представляется необходимым на уровне Постановления Пленума Верховного суда РФ закрепить конкретные критерии и методику определения размера компенсации морального вреда при нарушении прав потребителей.

Таким образом, можно прийти к выводу, что компенсация морального вреда как способ защиты прав потребителей — довольно неоднозначный институт. С одной стороны, с ее помощью обеспечивается дополнительная защита прав потребителя как заведомо более слабой стороны договора. С другой стороны, предоставленная законом возможность безусловной компенсации морального вреда при нарушении прав на практике часто приводит к злоупотреблению потребителями данным способом защиты. Как представляется, разработка методики определения размера соответствующей компенсации при нарушении прав потребителей будет способствовать минимизации подобных злоупотреблений.

Разъясняем законодательство

Про компенсацию морального вреда

Вопрос: У меня конфликт с соседкой. Я обратилась в суд. Хотела потребовать возмещение морального вреда, но судья сказала, что нужно предъявить доказательства. Как доказать, что действия соседки причинили мне моральные страдания? Какие нужно предоставить документы?

Отвечает старший помощник прокурора области по правовому обеспечению Татьяна Перова: В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу положений ч.1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании изложенного, Вы должны представить в суд доказательства совершения в отношении Вас неправомерных действий со стороны соседки, какие нравственные или физические страдания Вами перенесены, а также в какой сумме Вы оцениваете их компенсацию.

Здание прокуратуры Курской области 305000, г. Курск, ул. Ленина, 21
схема проезда

20.02.2017 г. Взыскание компенсации за моральный вред

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями или бездействием, посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага — жизнь, здоровье, достоинство личности, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну и т.п. Также это действия, нарушающие его личные неимущественные права — право на пользование своим именем, право авторства и др. либо нарушающие имущественные права.
Моральный вред возможно компенсировать, например, в случаях: нарушения тайны завещания (ст. 1123 ГК РФ); нарушения прав и интересов в результате распространения ненадлежащей рекламы (ст. 38 Закона от 13.03.2006 N 38-ФЗ); нарушения прав в области персональных данных (ст. 17 Закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ); нарушения прав и интересов в связи с разглашением информации ограниченного доступа (ст. 17 Закона от 27.07.2006 N 149-ФЗ); невыполнения условий договора о реализации туристского продукта туроператором или турагентом (ст. 6 Закона от 24.11.1996 N 132-ФЗ); нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами РФ, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, при наличии вины причинителя вреда (ст. 15 Закона от 07.02.1992 N 2300-1).
Следует отметить, что моральный вред может заключаться также в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии:
1) страданий, то есть, морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага;
2) неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда;
3) причинной связи между неправомерным действием и моральным вредом;
4) вины причинителя вреда.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Законодательно размер компенсации морального вреда не ограничен, тем не менее при определении размера компенсации суд принимает во внимание степень вины нарушителя, учитывает физические и нравственные страдания, связанные с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
В настоящее время применение принципа презумпции морального вреда прямо не вытекает из российского законодательства. Однако фактически суды применяют презумпцию причинения морального вреда: установив факт совершения неправомерного действия, суды предполагают, что моральный вред причинен, и далее рассматривают вопрос о размере его компенсации в денежной форме. Применение такой презумпции поддерживается и Верховным Судом РФ, хотя пока еще не в качестве общего правила. Так, в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указывается, что «поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда». В пользу презумпции наличия морального вреда высказывается Пленум Верховного Суда и в п. 45 Постановления от 28 июня 2012 года N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», где указывается, что при решении судом вопроса о компенсации причиненного потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Поскольку компенсация морального вреда, причиненного потребителю, производится в случае нарушения как его неимущественных, так и имущественных прав, не усматривается никаких препятствий для того, чтобы не применять отмеченную презумпцию во всех случаях, когда закон допускает компенсацию такого вреда.
Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 20 декабря 1994 г. N 10 определил предмет доказывания по спорам, связанным с компенсацией морального вреда, указав, что суду «необходимо также выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя вреда, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора».
Необходимо отметить, что на сегодняшний день не существует единого перечня документов, подтверждающих причинение морального вреда. Каждый человек обосновывает его по-своему. Например, если ущерб был причинен аварией на дороге, то к иску следует приложить справку из ГИБДД. Если же при этом пострадало и здоровье, то доказательствами будут служить больничный лист и документы, подтверждающие затраты на лечение. Когда вред был причинен порочащими сведениями, к исковому заявлению стоит приложить доказательства их распространения. Это может быть копия публикации, скриншот интернет-страницы и т.д. Также наличие физических и душевных страданий человека могут подтвердить и свидетели. Их перечень желательно сразу указать в исковом заявлении. Если человек вследствие неправомерных действий не мог долго работать, то пригодится и справка об утраченном заработке и других выплатах за соответствующий период.
Следующим условием ответственности за причинение морального вреда является противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, т.е. противоречие их нормам объективного права. Например, отказ органа государственной власти и органа местного самоуправления в предоставлении документов и материалов, непосредственно затрагивающих права и свободы гражданина, является прямым нарушением пункта 2 статьи 24 Конституции Российской Федерации.
Наличие причинной связи между противоправным действием и моральным вредом предполагает, что противоправное действие должно быть необходимым условием наступления негативных последствий в виде физических или нравственных страданий. Неправомерное деяние должно быть главной причиной, с неизбежностью, влекущей причинение морального вреда. Однако наличие причинной связи не всегда легко установить. Например, в случае компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в виде специфического заболевания, вызванного неблагоприятным воздействием окружающей среды, требуется прежде всего установить наличие причинной связи между заболеванием и неблагоприятным воздействием. Для этого «необходимо установить вредное вещество, вызвавшее заболевание или иное расстройство здоровья, и медицинские аспекты его действия; определить возможные пути и момент проникновения его в организм; определить принадлежность этого вещества какому-то источнику эмиссии.
Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя как в форме умысла, так и неосторожности. В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию (ст. 1100 второй части Гражданского кодекса Российской Федерации, введенной в действие с 1 марта 1996 г.) и в иные случаи.
Определение размера компенсации морального вреда относится к одному из проблемных вопросов этого правового института. Это связано с тем, что в российском законодательстве нет четко сформулированных критериев и методов оценки размера компенсации морального вреда. Практикой выявлено несовершенство существующих законодательных критериев, их недостаточность. Естественно такое положение вызывает много проблем при решении споров о компенсации морального вреда в судебном порядке. Потерпевший при обращении в суд самостоятельно определяет размер компенсации морального вреда. Однако анализ норм ГК, посвященных компенсации морального вреда, показывает, что в ст. 151 ГК законодатель установил следующие критерии, которые должны учитываться судом при определении размера компенсации морального вреда: степень вины нарушителя; степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред; иные заслуживающие внимания обстоятельства.
С введением в действие второй части ГК этот перечень был дополнен в ст. 1101 следующими критериями: характер физических и нравственных страданий, который должен оцениваться с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего; требования разумности и справедливости. Именно эти критерии берутся за основу судами при определении размера компенсации морального вреда.
Дела по спорам о возмещении морального вреда подведомственны судам общей юрисдикции (ст. 22 ГПК РФ). В случае если требование о компенсации морального вреда производно от заявленного имущественного требования, то спор подсуден мировому судье (тогда цена иска не должна превышать 50 000 рублей). Например, исковое заявление о взыскании имущественного ущерба и компенсации морального вреда (имущественный ущерб составляет 48 000 рублей) – такое исковое заявление подсудно мировому суду (размер компенсации морального вреда в цену иска не включается).
Исковое заявление подается в письменной форме (либо вместе с основным требованием, либо отдельно). Как указал Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (п. 10) моральный вред признается законом вредом неимущественным, несмотря на то что он компенсируется в денежной форме. Исходя из этого, госпошлина по делам о компенсации морального вреда должна взиматься на основании пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, т.е. как при предъявлении иска неимущественного характера: для физических лиц — 300 рублей. Об этом говорится и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10. Если же требование о компенсации морального вреда заявляется не отдельно, а вместе с имущественным требованием, то помимо вышеуказанной госпошлины должна быть оплачена и госпошлина, определяемая в соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.
Исковое заявление о компенсации морального вреда подается по месту жительства (месту нахождения) ответчика. Однако если иск представляет собой требование о возмещении вреда, причиненного увечьем или другим повреждением здоровья, смертью кормильца, такой иск может быть предъявлен также в суд по месту жительства истца или по месту причинения вреда. Исковое заявление составляется по правилам статей 131, 132 Гражданского процессуального кодекса РФ. Важно точно соблюсти требования к содержанию искового заявления и приложить все необходимые документы, указанные в названных статьях. Предметом иска о компенсации морального вреда является субъективное право истца на компенсацию такого вреда в денежной форме, а содержанием — то действие или совокупность действий, о совершении которых истец просит суд: в данном случае — признать право истца на компенсацию морального вреда в принципе; определить денежный размер компенсации морального вреда; взыскать с истца компенсацию в определенном судом размере.
Ответчиком по делу о компенсации морального вреда являются лица, к которым обращен иск. В качестве ответчиков могут выступать: граждане; государственные органы (пенсионные, страховые, налоговые), в том числе их территориальные управления, отделения, другие органы на местах; органы местного самоуправления; должностные лица вышеуказанных органов; индивидуальные предприниматели и юридические лица, товарищества, ассоциации, фонды, иные некоммерческие организации.
Истцу необходимо представить суду доказательства своих физических или нравственных страданий. Физические страдания можно подтвердить, например, выпиской из амбулаторной карты; выпиской из истории болезни или медицинской карточки; результатами амбулаторных/стационарных обследований; заключением военно-врачебной комиссии; заключением судебно-медицинской экспертизы; актом о случае профессионального заболевания; медицинской справкой; актом о несчастном случае на производстве; справкой из стационара; медицинской картой стационарного больного; постановлением по делу об административном правонарушении; справкой о ДТП; вступившим в законную силу приговором суда и другими документами. Для подтверждения нравственных страданий потребуются свидетели, которые наблюдали душевные переживания (их должно быть минимум двое). Для подтверждения размера компенсации морального вреда могут быть представлены договор на оказание платных медицинских услуг; квитанции, чеки, иные платежные документы, подтверждающие расходы на лечение. Истец обязательно должен заручиться доказательствами причинно-следственной связи между нарушением своих прав и своими страданиями. В каждом конкретном случае такие доказательства будут разными (например, та же медицинская карточка, в которой указано на то, что в связи с заливом квартиры истец не спала всю ночь, переживала, в результате чего резко подскочило давление; она же является весомым доказательством причинно-следственной связи между нарушением и страданиями).
Как уже говорилось выше, основанием иска о компенсации морального вреда служит виновное совершение ответчиком противоправного деяния, повлекшего причинение истцу физических или нравственных страданий. Доказыванию, в частности, подлежит характер причиненных страданий, степень вины причинителя вреда, наличие у потерпевшего индивидуальных особенностей, так как эти обстоятельства учитываются судом при определении размера компенсации.

Смотрите еще:  S7 промо билеты возврат

Внимание: в силу статьи 208 ГК РФ на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется.

Полезные шаблоны:

Похожие статьи:

  • Федеральный закон 275-фз 29122012 г о государственном оборонном заказе Федеральный закон от 29 декабря 2012 г. N 275-ФЗ "О государственном оборонном заказе" (с изменениями и дополнениями) Федеральный закон от 29 декабря 2012 г. N 275-ФЗ"О государственном […]
  • Практика судебная по домофонам Домофон судебная практика 3 ответa на вопрос от юристов 9111.ru Судебную практику ВЫ можете поискать самостоятельно в интернете. Если лень, то обращайтесь к любому юристу в личные […]
  • Расписка долг за квартиру Как вернуть долг с арендателя квартиры? Есть договор на аренду, есть расписка по обязательству. Не известен адрес проживания должника Сдавала гостинку в аренду по договору. Договор […]
  • 2711 лицензия цб Инструкция Банка России от 26 октября 2015 г. N 169-И "О порядке лицензирования Банком России бирж и торговых систем и порядке ведения реестра лицензий" (с изменениями и […]
  • Закон о банкротстве вкладчиков О ходе конкурсного производства Решением Арбитражного суда Ивановской области от 24 мая 2016 г. (дата объявления резолютивной части 18 мая 2016 г.) по делу № А17-1977/2016 […]
  • Приказ мз 333 Приказ Минздрава РФ от 5 августа 2003 г. N 330 "О мерах по совершенствованию лечебного питания в лечебно-профилактических учреждениях Российской Федерации" (с изменениями и […]
Перспектива. 2019. Все права защищены.